Из истории борьбы с коррупцией в России

Как известно, не зная истории невозможно творить будущее. Чтобы глубже понять истоки коррупционного поведения и научиться бороться с ним важно знать историю своей страны.

Мздоимство, как часть общественного уклада жизни, сформировалось еще в древней Руси и носило характер легитимного элемента государственной политики. С самых первых упоминаний о княжествах как формы общественного устройства, можно выяснить, что финансирование тогдашнего госаппарата по закону возлагалось на население, живущее на вверенной чиновнику территории. В начале IX века Ярослав Мудрый в первой русской конституции Русской Правде прямо указал на ответственность простых людей за содержание госслужащих и установил четкие и весьма суровые даже по тем временам наказания за его невыполнение. Это был своеобразный кодекс взяток под названием Покон вирный (включен в Краткую Правду, статья 42).

По нему устанавливалось, что население обязано содержать вирника, приехавшего собирать виру (своеобразный налог, но не дань) на определенной территории. Каждый вирник получал большие порции мяса, птицы, солода, сыра, рыбы или мог взять определённую сумму деньгами. В то же время подчёркивалось, что хлеб, муку, пшено можно брать только на еду и корм коню, а не на продажу. «А се покон вирныи: вирнику взяти 7 ведор солоду на неделю, тъже овен любо полот, или две ногате; а в среду резану въже сыры, в пятницу тако же; а хлеба по кольку могут ясти; а кур по двое на день; коне 4 поставити и сути им на рот, колько могут зобати», – говорилось в документе.

Любой человек, который служил у князя на военной или гражданской службе, т.е. фактически чиновник, имел полное право зайти в любой дом и потребовать еды, денег и другого имущества. Кроме местных князей, сидевших в своих уделах, на места посылались представители центральной власти – наместники и волостели. Жалованья от казны они за свою службу тоже не получали, а “кормились” также за счет местного населения, с которого собирали дань в пользу князя. Так на Руси сложилась система кормления, пережившая Древнерусское государство.

Кроме того, во времена Киевской Руси существовала «почесть» как форма добровольного приношения, призванная выразить уважение государственному служащему. Другая категория подношений в приказах (аналог министерства) связана с расходами на само ведение и оформление дел. Также соблюдался обычай пригласить чиновника выпить чарку вина. Следует сказать, что все эти доходы чиновников учитывались властями при определении размера жалованья: если в приказе было много дел, с которых можно было «кормиться», то им платили меньше жалованья из казны, и наоборот. Таким образом, практика «кормления от дел» была частью государственной системы управления.

Церковь всегда была против взяток и пыталась воздействовать на князей, чтобы убрать из русской жизни коррупционную составляющую. В 1243 году митрополит Кирилл выступил перед народом со специальной речью, в которой осудил мздоимство наряду с пьянством и колдовством. Он предлагал карать за это смертной казнью. А попытки хотя бы ограничить произвол чиновничьего аппарата предпринимались всеми великими князьями киевскими. Упоминания о правовых или административных мерах против коррупции я нашел у всех правителей, начиная от Святополка и заканчивая Александром Невским. Но нередко антикоррупционная кампания сдувалась, едва начавшись (как, например, у Всеволода Большое гнездо), либо приводила к росту взяток (как при Ярославе Мудром).

Впервые о посуле как взятке упоминалось в ст. 4 Псковской судной грамоты (1397-1467 г.г.), в которой говорилось: «…тайных посулов не имати ни князю, ни посаднику». В ст. 3 Псковской грамоты говорилось, что лица, вступавшие на должность посадника для отправления правосудия, приносили присягу (крестное целование), заверяя «городскими кунами не корыстоватися».
Запрет на получение взятки устанавливала и Новгородская судная грамота (в редакции 1471 г.): «…докладшиком от доклада посула не взять…» (ст. 26). «Докладшики» (судьи высшей инстанции – посадник, княжеский наместник, боярин, а также «житьи люди», т.е. следующий после бояр вид новгородской феодальной знати) также приносили присягу, в соответствии с которой они обещали воздерживаться от незаконных вознаграждений.
Наконец, запрещение получения посула как корыстного преступления по службе было законодательно закреплено Иваном III в Судебнике 1497 года. Княжеский Судебник закреплял общее требование к правосудию уже с первой статьи: «а посулов бояром, и околничим, и диаком от суда и от печалованиа не имати; також и всякому судие посула от суда не имати никому». Иван III был одним из самых рьяных и последовательных борцов с коррупцией. Если верить архивным документам, за время его правления «за посул» было осуждено и наказано 235 чиновников различного ранга.
Однако все эти многочисленные законы и меры государственного принуждения не имели системного эффекта. Повинуясь какому-то негласному общественному договору, они просто не исполнялись, либо исполнялись очень выборочно. Именно началом XVI века датируются пословицы «Всяк подъячий любит калач горячий», «Земля любит навоз, а воевода принос», «Судьям то и полезно, что в карман полезло», «В суд ногой – в карман рукой».
Народная мудрость гласит: кто хочет сделать, тот ищет способ, а кто не хочет – ищет причину, чтобы не делать.
Говоря об истории нашей страны, следует сказать и о современном состоянии дел в сфере борьбы с коррупцией.
Коррупция препятствует нормальной работе аппарата обновленной России. Этот факт Президент РФ В.В. Путин указал в Послании Федеральному Собранию еще в 2005 году. «Наша действительность не может нас удовлетворить и если многим чиновникам кажется, что так будет всегда, то должен их огорчить: в наши планы не входит передача страны в распоряжение неэффективной коррумпированной бюрократии».
Видимо, не все антикоррупционные меры, принятые в последние годы, отличаются эффективностью. Чтобы повысить их эффективность необходимо вносить изменения, совершенствовать действующее законодательство.
Так в частности существуют правовые пробелы в Федеральном законе от 25.12.2008 №273 «О противодействии коррупции». На госслужащего и на его семью статья 8 указанного Федерального закона налагает обязанность сообщать о своих доходах. Однако закон содержит пробел в отношении иных близких родственников госслужащего: совершеннолетних детей, родителей, братьев, сестер и др.
Кроме того, сегодня уже недостаточно просто обличать и ругать коррупцию, необходимо перейти от слов к делу, от призывов к конкретным действиям. А наиболее злостных коррупционеров нужно судить и наказывать в уголовном порядке (с конфискацией нажитого преступным путем).
Было бы правильным освещать такие судебные процессы в средствах массовой информации. В борьбу с коррупцией следует шире вовлекать институты гражданского общества. Только при этих условиях удастся если не полностью искоренить, то хотя бы существенно снизить уровень коррупции в России.

Д.С. БУГРОВ Помощник начальника Управления  Минюста России по Рязанской области

Вестник рязанской юстиции № 19

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

девятнадцать − двенадцать =